Mirrosta.ru

Лунные свидетельства солнечной активности в ледниковый период

Лунные свидетельства солнечной активности в ледниковый период

Лунные камни хранят убедительные доказательства того, что в ледниковую эпоху Солнце и впрямь было весьма активно. Поскольку у Луны нет защитной атмосферы, то микрометеориты (летящие с большой скоростью пылевые частицы) и выбрасываемые при солнечной вспышке космические частицы способны беспрепятственно достичь лунной поверхности и оставить на лунных камнях следы своего прибытия. Несколько образцов таких камней было взято астронавтами «Аполлона» и доставлено в хранилище Космического центра имени Джонсона в Хьюстоне, штат Техас, для дальнейшего анализа. Исследования под микроскопом показали, что их поверхность испещрена крошечными, оставленными микрометеоритами кратерами и что их остекленевшая поверхность, в свою очередь, покрыта следами, оставленными выброшенными при солнечной вспышке космическими частицами. Исследователь HACA Герберт Зук и двое его сотрудников, изучив эти кратеры и следы космических частиц, составили запись вспышечной активности на Солнце за последние 16000 лет. Каково же было их удивление, когда они обнаружили, что в самой древней части записи следы солнечных космических лучей появлялись в 50 раз быстрее, чем сейчас. Полученные ими данные свидетельствовали о том, что примерно 11000 тысяч лет тому назад, в начале современного межледниковья, скорость их образования упала приблизительно в пять раз. Они выдвинули предположение, что данное увеличение вспышечной активности на Солнце каким-то образом спровоцировало потепление земного климата и, как результат, — отступление в конце последней ледниковой эпохи материковых ледяных щитов. Усилившийся поток солнечной радиации, обусловленный ростом вспышечной активности, и впрямь принес бы столько энергии, сколько хватило бы на таяние ледников.

Строя график интенсивности солнечных вспышек, исследователи HACA полагали, что темп образования на лунной поверхности микрократеров оставался неизменным на протяжении последних 16000 лет. Однако если в начале записи концентрация межпланетной пыли была гораздо выше, а так, по-видимому, и было, тогда пик на временной шкале диаграммы должен появиться позднее. Вспышки на Солнце достигли своего максимума, скорее всего, в промежутке между 14000 и 15 (XX) годами до наст, вр., совпав с периодом, когда климат на Земле был необычайно теплым, а темп отступления ледниковых покровов — небывало высоким.

 Данные о солнечной активности в доисторические времена были также получены при исследовании образцов почвы, взятых со дна лунных кратеров диаметром от 20 до 150 сантиметров. Астронавты с «Аполлона» заметили на дне этих кратеров комки почвы, верхний слой которых был покрыт стеклянной оболочкой толщиной от 0,5 мм до 1 см. Астроном Томас Гоулд из Корнельского университета так описывает микроскопное исследование этого материала:

«Остекленевшие участки явно концентрировались по направлению к поверхности бугорков, хотя они также встречаются и по бокам. На концах и по краям, совершенно очевидно, в основном протекал процесс остекленения. В некоторых случаях капли, по-видимому, стекали по наклонной поверхности и там застывали»15.

Отбросив ряд вариантов, Гоулд пришел к выводу, что эти участки образовались в момент интенсивного нагревания. По его мнению, за последние 30 ООО лет светимость Солнца, должно быть, повышалась в 100 раз на промежуток от 10 до 100 секунд, следствием чего и явились наблюдаемые эффекты. Он предположил, что данное увеличение произошло либо в форме очень интенсивной солнечной вспышки, либо взрыва повой звезды. Поскольку температуры на дне кратеров обычно на 10 — 20 процентов выше, чем на плоской поверхности, частички почвы в таких областях должны были расплавиться первыми.

Гоулд предположил следующее: либо на Солнце иногда происходят спонтанные взрывы, либо причиной единственного взрыва, возможно, послужило падение на Солнце, скажем, гигантской кометы. Хотя он об этом нигде отдельно не говорил, вторжением космической пыли в течение длительного период;! также можно объяснить данный эпизод высокой солнечной светимости и вспышечной активности. Мы можем предположить, что в результате притока пыли активность Солнца стала такой же, как у звезды Таит, когда извергающаяся солнечная корона постоянно производила серию «выбросов корональной массы», причем гораздо более крупных, чем наблюдаемые ныне. Один из них, наверное, поразил Землю и Луну. За несколько дней, в которые он несся к нашей планете, этот пузырь нагретого коронального газа и солнечных космических лучей настолько увеличился, что образовал дугообразный облачный фронт диаметром в десятки миллионов миль. По прибытии эта огненная горячая плазма должна была временно поглотить Землю и Луну, настолько повысив температуры, что частицы пыли расплавились бы на поверхности лунных камней.